August 12th, 2017

Природоохранный анализ Правил содержания зелёных насаждений

Коллеги из Краснодара, сейчас обосновывающие создание экологического каркаса в своём городе, спросили меня о плюсах и минусах нынешних Правил содержания зелёных насаждений с точки зрения их экологических функций, куда входят эффект в плане фитомелорации и (главное) способность быть самоподдерживающейся экосистемой (или хотя бы приблизиться к ней под действием биотехнических мер). Я спросил об этом специалиста в этом вопросе, энтомолога и природоохранника Людмилу Борисовну Волкову, известную обоснованиями, почему в городе нужен не стриженый «английский» газон, а разнотравный, приближенный к исходному лугу. Город, где это условие выполнено, может быть (контринтуитивный момент) даже заказником, сохраняющим фауну бабочек, одиночных пчёл и других опылителей лучше, чем пригородные с/х земли из колец фон Тюнена, ввиду необработки инсектицдами. С её любезного разрешения публикую ответ:

Что установил процесс так называемых «социалистов–революционеров»?



К 100-летию Октябрьской революции публикуем очередную статью М.Н.Покровского из одноимённого сборника (наконец-то полностью выложенному на сайт, посвящённый великому автору), про одну из контрреволюционных сил. Автор показывает, что данная партия «демократических социалистов» в Гражданскую была подобна морской свинке (которая не свинка и не морская). Именно, эсеровские правительства были сугубо репрессивными для трудящихся, изо всех защищали право собственности и прочие интересы имущих классов. Ни демократией, ни социализмом там и не пахло — в отличие от большевистского режима, почему эсеры (ещё раньше — меньшевики), сохранившие приверженность тому и другому, переходили на его сторону.

http://www.socialcompas.com/2017/08/11/chto-ustanovil-protsess-tak-nazyvaemyh-sotsialistov-revolyutsionerov/

Наука и лженаука: «соотношение сил» в венских книжных



В поисках нужных книг осмотрел ряд венских книжных, в т.ч. 2 из 7 филиалов книготорговой сети Thalia.at, в Wien Mitte и на Wagramer Strasse, 92. Интересно сравнить, сколько полок отведено под естественные науки (1) и сколько — под эзотерику (2).
В других (скажем, Frick am Graben) оно примерно также. Да и среди естественнонаучных книг попадается всякое, скажем, страшилки про ГМО (филиал Thalia на Wagramerstrasse). Ещё печалит, что в магазине левой книги у Венского университета раздела «естественные науки» нет вообще, притом что по социальным выбор довольно богатый.

Что такое эмпатия: когнитивные теории и модели



Эмпатия – сложный и многообразный механизм, незаменимый в человеческом взаимодействии. Она позволяет со-испытывать (co-feel) и мысленно моделировать то, что другой человек переживает в данный момент. Эмпатию можно рассматривать как способность переживать последствия некоторого опыта, сам опыт при этом не переживая, а лишь наблюдая. Основные следствия этого механизма – наши способности имитировать и понимать другого человека. Первое помогает в процессе развития и обучения, а второе незаменимо в коммуникации. Исследования эмпатии разрозненны и не скоординированы, предлагают разные виды и типологии системы эмпатии; привнося новое в понимание частных областей и аспектов, они не формируют единой картины. Чем являются предлагаемые типы – аналитически различными способами рассмотрения одной системы или это существующие разные нейробиологические системы? Если это разные системы, то до какой степени они связаны между собой и формируют ли они интегральную надсистему? В статье попытаемся ответить на эти вопросы.

http://www.socialcompas.com/2017/08/09/chto-takoe-empatiya-kognitivnye-teorii-i-modeli/

Признаки социального класса: опыт экономического неравенства в повседневной жизни



По некоторым данным, глобальное экономическое неравенство достигло своего пика за всю историю наблюдений. Пагубные последствия этого широкого общественного тренда поражают [воображение]: увеличение неравенства связано с ростом заболеваний и снижением благосостояния во всех странах, на всех континентах, во всех культурах. Изучение экономических и психологических факторов, которые способствуют сохранению неравенства, продолжается, и в этом теоретическом обзоре мы рассматриваем ту роль, которую в этом процессе играет повседневный опыт экономического неравенства – а именно коммуникация между людьми при помощи сигналов, обозначающих принадлежность к социальному классу. У нас есть теория, что сигналы, обозначающие принадлежность к социальному классу, активируют процесс социального сравнения, который усиливает границы в обществе между группами имущих и неимущих. В частности, мы утверждаем, что сигналы, обозначающие принадлежность к социальному классу, являются часто повторяющимся, быстрым и точным компонентом восприятия индивида, и мы приводим новые данные и расчеты, показывающие точность этой классовой сигнализации на примере длящихся одну минуту взаимодействий между людьми, фотографий в Facebook, и отдельных записей краткой речи. Мы предполагаем, что те барьеры, которые мешают сокращению экономического неравенства в обществе, появляются непосредственно из этого процесса классовой сигнализации путем усиления классовых различий и активации тех взглядов и типов поведения, которые благоприятствуют экономическому статус-кво.
Те данные, которые мы рассмотрели выше, указывают на то, что классовые сигналы правильно воспринимаются людьми в процессе недолгого общения и ускоряют создание классовых барьеров. В этом последнем разделе, мы детально рассмотрим те способы, при помощи которых процессы классовой сигнализации потенциально могут действительно увековечить те экономические условия, которыми они создаются. Мы предполагаем, что классовые сигналы усиливают поддержание экономического неравенства вызывая: расчеловечивающие суждения в отношении людей, которые находятся на дне классовой иерархии; образцы стратегического распределения ресурсов, которые благоприятствуют тем, у кого уже есть ресурсы, по сравнению с теми, у кого их нет; и они укрепляют веру в те идеологии, которые вызывают восприятие экономических структур общества как справедливых, законных, подвижных и основанных на личных достоинствах.

http://www.socialcompas.com/2017/08/08/priznaki-sotsialnogo-klassa-opyt-ekonomicheskogo-neravenstva-v-povsednevnoj-zhizni/

Мифология коррупции


Тема коррупции всплыла снова. С ней, при мощной информационной поддержке, стали бороться те, чьи однодумцы в 90-х рассказывали, что коррупция естественна и даже полезна в плане развития рынка и даже демократии (деньги уравнивают, снимают "совковую зависимость от чиновника" ). Поэтому важно рассмотреть феномен коррупции в развитых и особенно в развивающихся странах, куда нас отбросили в 1990-е, "без гнева и пристрастия", по объективным данным социальной антропологии. Об этом см. замечательный сборник " "Борьба с ветряными мельницами? Социально-антропологический подход к исследованию коррупции" (ред. Олег Паченков, Ирина Олимпиева), вышедший аж в 2007 г. в вовсе не упоминаемый сегодняшними "борцами".

По понятным причинам: статьи разных (в основном западных) авторов показывают, что уменьшение коррумпированности требует не "борьбы", а общественного прогресса, ухода от зависимого развития, понимания разными социальными группами своих классовых и идеологических интересов - тогда проведение "верной политики" является достаточным обещанием. Если это не развито, вместо них развивается идентификация себя с микрогруппой, и стремление к немедленным выгодам для неё - вместо продвижения "своей" идеологии в стране в целом.Collapse )

Предвыборное



Две мысли о том, что должна делать оппозиция, чтобы на выборах была если не демократия, то хотя бы выбор пути развития, негибельного для большинства: при капитализме первое недоступно, второе же иногда случается. За делающих нижеперечисленное стоит голосовать, даже когда они некоммунисты; если таких нет в бюллетене — надо дискредитировать выборную процедуру

http://www.socialcompas.com/2017/08/06/17677/

Анализ коррупции в развивающихся странах



Автор показывает, что "Рассуждения о коррупции в развивающихся странах, имевшие место в последние годы, были сфокусированы большей частью на ее социальном контексте, при этом делалась очевидная попытка показать те социальные ситуации, в которых коррупция наиболее вероятна. Общее изменение перспективы от обвинения к анализу объясняется в некоторой степени новым взглядом на американскую урбанистическую политическую модель, процветавшую в конце 19 — начале 20 века. Быстрый приток нового населения, для которого главными критериями самоидентификации были семья и этническая принадлежность, в сочетании с возникновением крупных монополий (городской транспорт, электричество и т.п.) и всеобщим правом участия в выборах, по-видимому, обеспечили идеальную почву для появления и роста коррумпированных «боссов».
Представляется, что социальная обстановка в развивающихся странах содержит много сходных с американскими «питательных (для коррупции) компонентов». Вновь созданные правительства зачастую лишь недавно получили контроль над распределением выгодных постов и привилегий; они имеют дело с электоратом, среди которого много бедного населения, много деревенских жителей, только что переехавших в город и прочно связанных со своим узким социальным окружением, и который легко склонить на свою сторону материальными стимулами.
Если исходить из этих рассуждений, создается впечатление открывшейся возможности для межнационального сравнения коррупции в различных странах и в разное время".Collapse )